?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Создание национального парка "Бикин" в Пожарском районе Приморья, вышедшее на финишную прямую после 20-летних совместных усилий коренных народов и экологов России, вызвало новую волну, мягко говоря, недовольства со стороны жителей села Красный Яр. Глава поселения Владимир Каленчуга считает, что нацпарк в нынешних условиях помешает удэгейцам вести традиционный промысел и «поставит их жизнь под угрозу». Леса вокруг поселка — священные, и чужакам там делать нечего, в один голос утверждают местные жители. Со своей стороны, экологи, а теперь и чиновники всех уровней, убеждены, что охоту коренному народу не запретят, а бюджет парка пойдет на развитие территории. Кстати, на обсуждениях в удэгейском селе этой горячей темы, которых было уже несколько, аборигенам были представлены вполне доходчивые карты зонирования территории и пояснения – где, что и как можно будет делать. Из них ясно, что из всех 1.2 миллиона гектаров «приморской Амазонки» 737 тысяч однозначно отдается традиционному природопользованию коренных жителей. Кроме того, еще 53 тысячи га отводятся под хозяйственные нужды парка и удэгейских общин, включая заготовку дров, аренду под турбазы, пасеки и прочее. Еще 86 тысяч гектаров составит рекреационная зона, где представителям коренного населения предоставляется легальная возможность организовывать привычные рыболовные и охотничьи туры для гостей. И лишь 23 % бассейна предусмотрено отвести для чисто заповедной зоны.



Первыми предложение о повышении охранного статуса территории верхнего и среднего Бикина внесли в конце 1990-х годов экологи Гринпис России и дальневосточной организации БРОК. Тогда девственные верховья бассейна не были защищены вовсе, а средняя часть охранялась от вырубки достаточно надежным статусом орехопромысловой зоны по Лесному кодексу. Началась подготовка к созданию в Приморье полноценного объекта Всемирного природного наследия ЮНЕСКО с центральной зоной на Верхнем и среднем Бикине и отдельным кластером в виде Сихотэ-Алинского биосферного заповедника. Важное уточнение: статус ЮНЕСКО – всегда только добавочный, помогающий государству сохранять то, что оно само уже оценило и обеспечило охраной. С этой целью совместными усилиями Гринпис, ОО БРОК и администрации края был создан Верхнебикинский ландшафтный заказник.

В силу сложной специфики взаимодействий между идеологией традиционного природопользования коренных народов и природоохранными приоритетами, а также в силу бесконечных правительственных и управленческих реформ процесс усиления статуса охраны на Бикине затянулся на многие годы. И лишь в августе 2013 года губернатор Приморья Миклушевский внес наконец официальное предложение, а в ноябре решение создать в бассейне верхнего и среднего течения реки Бикин ООПТ федерального значения в форме национального парка было одобрено федеральными властями. Одним из важных требований всех разработчиков его обоснования является участие в управлении парком представителей коренных малочисленных народов, живущих на этой территории. Отметим, что предложение губернатора было поддержано жителями Красного Яра, собравшимися на встречу.

Поскольку тема вышла на уровень самой эффективной управленческой структуры в России – администрации Президента, появился реальный шанс вывести процесс из многолетнего тупика. Однако население Красного Яра, согласие которого при этом обязательно и желательно для всех, после визита губернатора отчего-то пришло к убеждению, что правила национального парка сегодня нарушат привычный уклад их жизни: исчезнет возможность заниматься народными промыслами в рамках существующей аренды промысловых угодий местной общиной. Поэтому, считают удэгейцы, лучше все же создать в бассейне Бикина территорию традиционного природопользования, что поможет сохранить не только природу, но и быт удэгейцев. Об этом сообщил глава Краснояровского сельского поселения Владимир Каленчуга. "Когда появилась инициатива создания национального парка у нас, я поехал в Хабаровский край. Переговорил с главой поселения и жителями Анюйского нацпарка. В результате ни одного довольного ситуацией человека не нашел. Район, где им разрешили ловить рыбу, — всего пять километров, а вход в тайгу вовсе запрещен", — рассказал он. По его словам, то же может быть и в Приморье: поблажек для коренных народов не будет. Им, как и прочим посетителям, придется якобы платить деньги, чтобы попасть на территорию национального парка. Они потеряют традиционные охотничьи угодья и не смогут заниматься промыслом, который веками вели их предки и который до сих пор жизненно важен для коренного народа. Так выглядит позиция местного сообщества, не доверяющего никаким проектам и гарантиям.

Единственный выход из ситуации по мнению главы поселка — вместо национального парка создать в Красном Яре территорию традиционного природопользования (ТТП). Удэгейцы тогда смогут вести привычный образ жизни: заниматься охотой, рыбалкой и другими промыслами, необходимыми для выживания. Главное - без их разрешения никто тогда не сможет вести какую-либо деятельность на их территории. При этом, однако, Владимир Каленчуга не учитывает важные последние события в сфере законодательства по ООПТ, которые многое меняют. Во-первых, отныне ТТП выведены из числа ООПТ, и значит даже тот ослабленный статус их защиты, который сохранен только что урезанным законом, на ТТП не распространяется. Во-вторых, ни одной федеральной ТТП в России за более чем 10 лет так и не было создано, а региональные, не дающие общинам главного права на землю, растоптать для властей – проще простого, особенно если этому всячески способствуют разные федеральные программы развития. И последнее: никто, включая теоретический нацпарк с участием удэгейцев, не вправе, без согласия общины и администрации поселка, оспорить договоры долгосрочной аренды угодий общиной «Тигр». На среднем Бикине это промысел недревесных продуктов тайги, а на верхнем – традиционная охота и рыбалка. Хотя реально на территории Верхнебикинского заказника давно уже царит вертолетная браконьерская вольница с базами для богатых охотников и рыбаков на притоках, которыми не брезгуют пользоваться и высшие чиновники соседних краев.

Как пояснила старший координатор по ООПТ Амурского филиала WWF Светлана Титова, Всемирный фонд дикой природы, активно содействующий сохранению природы Бикина, изначально выступал за любую форму ООПТ федерального уровня, поэтому много лет вместе с общиной "Тигр" готовил документы на создание ТТП. Но такие территории более не имеют охранного статуса, а главное - Минрегион не имеет механизма для их создания и финансирования. Федеральный заказник не имеет системы управления и финансирования извне. Поэтому экологи согласились с предложением губернатора о создании нацпарка.

Подготовленный WWF проект зонирования Бикинского нацпарка полностью совпадает с тем вариантом зонирования, который предлагали сами удэгейцы для ТТП. При этом Минприроды гарантирует выделение не менее 50 миллионов рублей в год на содержание нацпарка и его охрану. Бюджетные средства пойдут на развитие инфраструктуры, строительство кордонов и на поддержку местного населения в виде заработной платы. Губернатор Приморья добивается включения Бикина в реестр федеральных проектов по развитию экологического и этнологического туризма. Для сохранения и развития традиционного природопользования, отстаивания и продвижения интересов коренных малочисленных народов и приравненных к ним лиц, при директоре национального парка будет создан совет из числа этих людей. Его председатель по согласованию с Минприроды будет назначаться заместителем директора парка по вопросам сохранения и развития традиционной хозяйственной деятельности и сохранению традиционного образа жизни на территории парка,
«Лес в окрестностях села Красный Яр среди удэгейцев считается священным, там расположены молельные места шаманов, которые защищают духи предков. Создание национального парка нарушит атмосферу этих мест, ведь чужаки не будут считаться с местными обычаями», - заявила жительница села Светлана Смирнова. - Неуважение к священным местам в лесу не раз оборачивалось трагичными последствиями. Несколько лет назад жители одной из соседних деревень обстреляли такое место, и через несколько дней у них утонули дети. Мы опасаемся, что нам запретят ходить в лес. Кроме того, если лицензия на изюбра будет стоить 60 тысяч, мы не сможем ее купить. Охотиться смогут только те, кто приезжает с деньгами. Самое главное для нас — охота, мы живем дарами леса, и без них мы погибнем".

Конечно, любая управленческая и нормотворческая ошибка быстро формирует стереотипы недоверия, избавиться от которых труднее всего людям, живущим по вековым законам тайги. Их легко проигнорировать, отбросить, обмануть, даже уничтожить, но очень трудно переубедить или сломать. Все это у нас уже было, оттого так твердо недоверие бикинского народа удэге сегодня, когда, кажется экологам, все почти получилось! Доверие - вот ценность, которую надо выстрадать любой власти, российской, крымской, украинской или приморской. И в этом процессе спешка – к счастью или несчастью – невозможна. Так устроен мир, и тем более - неспешный и молчаливый мир уссурийской тайги, где шелест ветра в кедровых кронах всегда громче и весомее, чем слова чиновников и фразы юридических документов.

Тем не менее, диалог продолжается. Как повторил 21 марта губернатор Приморья, представители коренных народов будут принимать участие в управлении национальным парком, проект которого также пройдет этнологическую экспертизу. Для этого будут даже внесены изменения в существующее законодательство. Обсуждение проходило в рамках очередного совещания по реализации поручения президента России о создании Бикинского парка. Губернатор подчеркнул, что при разработке положения о национальном парке пожелания местных жителей обязательно будут учтены. Вице-губернатор Сергей Сидоренко также отметил, что такой проект в будущем сможет стать примером при создании других национальных парков на землях коренных народов.

В этой связи полезно вспомнить, что десять лет назад, при создании национального парка «Удэгейская Легенда» в Красноармейском районе, тоже на землях, опромышляемых удэгейскими охотниками, ровно такие же гарантии были предусмотрены обоснованием, учредительными документами и официальными заявлениями. И не только предусмотрены, но и реализованы создателем парка Федором Крониковским. Представителям коренного малочисленного народа, помимо зоны традиционной охоты в границах парка, были предложены должности и зарплаты в штате, при их активном участии был создан удэгейский культурный центр, разработана программа его развития и разнообразных мероприятий. И это при том, что в данном районе сообщество коренных народов слабо консолидировано, поддержки от краевой Ассоциации практически не получает.

Однако людей, готовых к рутинной конторской или инспекторской работе в парке, среди удэгейцев оказалось мало. Зато в команде инспекторов нашлись такие, кто не хотел считаться с некоторыми привилегиями в части охоты, предоставленными удэгейцам законом, международным правом и историческими традициями, в том числе на территории парка, неспроста названного «Удэгейской легендой». Возникшим конфликтом как всегда умело воспользовалось Министерство-куратор: директора, вложившего в развитие парка душу и большой кусок жизни, заменили, удэгейская тема в стратегии парка увяла вместе с попытками отстоять в тяжбе с лесопромышленниками спорные лесные земли. На этом печальном фоне вторая попытка консолидации природоохранных задач с задачами развития традиционной культуры может оказаться очень полезной.

В ближайшее время жителям Красного Яра и лидерам общины предстоит самим решить судьбу своей территории. Вариантов немного. Заблокировав создание нацпарка, они де-факто признают право браконьеров при власти и деньгах на бесконтрольное уничтожение последнего островка дикой природы в верховьях Бикина, а также лишатся возможности создать подконтрольный жителям села Совет по управлению всей территорией, имеющий гарантированное федеральное финансирование. Одобрив проект парка, они через этот Совет получают возможность избежать тех пороков и ошибок в управлении территорией, которые были допущены в других нацпарках. Кроме того, такой Совет даст возможность прямо влиять на позицию управляющего Министерства, корректировать ее и обеспечить охрану верхней части бассейна. Наконец, есть третий вариант – разделить территорию пополам, оставив существующую аренду общины «Тигр» в среднем течении и орехо-промысловую зону в прежнем статусе, а на верховьях создать национальный парк. Его ресурсы и возможности станут соответственно вдвое меньше, а поскольку поселок Охотничий (Улунга) фактически не имеет никакой официальной логистики и инфраструктуры кроме нелегальной браконьерской дороги через поселок Восток, возникнет масса проблем с обеспечением реальной охраны этой территории. И есть все предпосылки к тому, что эта охрана, даже будучи создана, будет сразу перекуплена браконьерами и самовольщиками – лесозаготовителями.

Анатолий Лебедев
Общественная организация БРОК
(опубликовано в газете "Утро России" 12 апреля 2014 г.)

Latest Month

Октябрь 2018
Вс Пн Вт Ср Чт Пт Сб
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031   

Метки

Разработано LiveJournal.com
Designed by Lilia Ahner